![](/media/photo/5/0/5044526a1d097c43da01ba3b13904746.jpg)
7 сентября на российские экраны выйдет новая работа Кирилла Серебренникова «Петровы в гриппе» по мотивам бестселлера Алексея Сальникова. Ранее фильм одного из самых обсуждаемых российских режиссеров уже успел попасть в основную программу Каннского кинофестиваля. К сожалению, никаких премий он не получил, но международное признание — это уже важное событие.
После просмотра становится понятно, почему зарубежные критики не смогли в полной мере оценить «Петровых в гриппе». Режиссер снял абсолютно русский фильм, многие детали которого будут понятны только дома. Но в то же время Серебренников создал очень эстетичную аллегорическую историю, где болезненный бред переплетается с социальными темами, рассуждениями об искусстве и травмирующими детскими воспоминаниями.
Сюрреализм, погружающий в болезнь
Кашляющий главный герой Петров (Семён Серзин) едет в автобусе и встречает своего странного друга Игоря (Юрий Колокольников). Общение перерастает в пьянку сначала в катафалке рядом с покойником, а потом в доме другого не менее странного человека.
Параллельно говорят о бывшей жене Петрова (Чулпан Хаматова), которая тоже заболела гриппом. Она работает в библиотеке и в свободное время нападает на мужчин с ножом. Дитя героев мечтает попасть к новогодней елке, но у него тоже горячка. Это возвращает Петрова к воспоминаниям о его детской поездке на праздник, где он очень холодной рукой встретил Снегурочку (Юлия Пересильд).
Конечно, обзор любой ленты нужно начинать с синопсиса, но в случае с «Петровыми в гриппе» сложности возникают уже на этом этапе. Из краткого описания фильм может показаться бессвязным и почти бессмысленным набором черных сцен из повседневной жизни постсоветского человека.
В этом есть доля правды, но таково мнение и автора литературного источника, и Серебренникова. Странные события из жизни героев смешиваются в их сознании с бредом, вызванным болезнью. В лихорадке невозможно отделить, что реально, а что лишь сон.
Но этого делать не нужно. Сюжет основан на сюрреализме, что позволяет представить происходящее максимально субъективно. Какая разница, где правда? Важно, чтобы в это верил сам герой. Недаром Петров больше наблюдатель, чем участник событий. Он выглядит почти мистическим персонажем: замкнутым, отчужденным, всегда в одной и той же явно неудобной одежде — Серзин надевал на съемочную площадку отцовский свитер, а Серебренников подарил ему обувь из личного гардероба. В какой-то момент герой словно возвысится над всеми декорациями фильма и станет следить за происходящим через окно.
Режиссер, снимавший полноватый роман Сальникова, и не думал его упрощать. Наоборот, у Серебренникова переплетаются и соединяются те сюжеты, которые автор оригинала изложил в отдельных главах.
Из-за этого может показаться, что в «Петровах в гриппе» много лишнего, будто рассказчик постоянно отвлекается на побочные истории. Однако большая часть строк не приводит ни к какому результату. Более того, некоторые сцены словно взяты из других фильмов. Например, часть, посвященная жене Петрова, напоминает мрачные произведения Чарли Кауфмана. Снегурочка Марина получает свой короткометражный фильм в стиле ретро. Отказ от любого из них ничего не изменит.
И только ближе к середине картины станет понятно, что эта бесцельность происходящего и есть главная мысль. «Петровы в гриппе» должны заразить зрителя болезнью героев, повергая в бред. Это достигается именно тягучей медитативной подачей и множеством почти не пересекающихся линий, подчеркивающих тщетность всех действий персонажей. Ведь галлюцинация не может иметь конкретного окончания. Он просто растворяется, когда температура спадает.
Случайная релевантность и вечные темы
Приступая к работе над картиной, Серебренников вряд ли догадывался, насколько актуальной станет тема болезни на момент выхода «Петровы в гриппе». О книге, написанной в 2016 году, говорить не приходится.
С первых кадров сложно отделаться от мысли, что окружающие слишком спокойно реагируют на нескончаемый кашель главного героя. Подтягиваться придется специально: еще два года назад это не вызвало бы такой болезненной реакции. Что уж говорить о времени действия фильма: точные даты не называются, но антураж намекает на начало 2000-х.
Но дело даже не в кашле — метафору легко продолжить. В фильме грипп меняет субъективный мир Петровых, превращая его в сюрреалистический бред. А коронавирус повлиял на нашу объективную реальность, сделав ее в определенные моменты безумной и бессмысленной.
Конечно, это настроение стало актуальным случайно, а потому не является в фильме главным и не определяющим. «Петровы в гриппе» говорят на совершенно разные темы, как важные для россиян сегодня, так и вечные. Тон задает вступительная сцена с визуализацией слов о политиках, которых нужно «поставить к стенке». Пьяные разговоры неизбежно приведут к обсуждению религии, где проявится странная параллель между христианством и греческой мифологией.
В целом образ высших существ и загробного мира будет постоянно, хотя и ненавязчиво, просвечиваться в фильме. Инициалы героя Колокольникова явно намекают на суть его характера. И окончательный выход рэпера Хаски — современная версия Иисуса. Грубые и потрепанные, спешат на автобусе домой. Правда, до сих пор непонятно, что Серебренников имеет в виду под воскрешением: перемены в родной стране, восстановление человека после болезни (скорее психической, чем вирусной) или возрождение искусства. Здесь вы должны решить сами.
Но вместо трека того же Хаски к сцене лучше подошли бы строки из "Ванюши" Александра Башлачева:
И тихо поднимется грусть тихая
Не видя, звезды горят, костры.
И стряхнуть его, не понимая
Не понимая, почему они похоронили его».
Литературы в «Петровах в гриппе» не меньше, чем кинематографии. Многие строки можно считать прямым высказыванием о судьбе творца в России. Что для Серебренникова, конечно, сейчас очень личная тема: режиссер не смог приехать в Канны из-за уголовного дела.
Недаром главный герой фильма не просто слесарь, но и автор комиксов. Хотя образ жены еще ярче раскрывает тему искусства. Она работает, казалось бы, среди тишины, покоя и творчества. Но героиня вычисляет маньяка по книгам, которые он регулярно берет, а затем предотвращает возможное изнасилование.
В конце концов, во время встречи поэтов у нее случается нервный срыв, который перерастает в драку. Здесь, кстати, в кадре появляются настоящие писатели и критики. Что это, как не намек: искусство сейчас просто не может быть в стороне от жизни и той жестокости, которая творится вокруг.
Тема творца и его произведений достигает своего апофеоза в сцене с коротким, но великолепным исполнением Ивана Дорна. Он играет писателя, который после мытарств с издательствами решает, что стать легендой можно только после смерти. Нетрудно уловить здесь аллегорическое прощание самого Петрова с творческим началом. Но от этого сериал только ярче. Умная идея не должна прятаться слишком глубоко.
На их фоне краткий рассказ о Марине может показаться незамысловатым. И мало кто считает детские елки серьезным искусством. Да, Снегурочка машинально произносит заученный текст, а остальные думают, как бы выпить после выступления. Юлия Пересильд здесь великолепно отыгрывает грубое, ленивое представление сотрудников таких утренников. Тем более, что на каникулах актриса выступает каждый год со школьной скамьи, поэтому четко знает всю подноготную.
Хотя в частях с елкой Серебренников раскрывает очень понятную и всеобъемлющую тему. Пожалуй, «Петровы в гриппе» — самый честный фильм о Новом году, который машинально называют чуть ли не последним «настоящим» праздником. Красота и сказка остаются только на экранах старых телевизоров, где юные Маша и Витя из фильма 1975 года поют свою веселую песенку. Но на самом деле это время болезней, неотложной работы, суеты и усталости. И само выступление в ДК, которое должно стать для детей лучшим праздником, оборачивается одной из главных психологических травм на всю жизнь.
Эти сценки были собраны из воспоминаний актеров, которых когда-то родители наряжали петушками и зайчиками и позволяли «развлекаться» с подвыпившими артистами местного театра. И самое главное, с годами ничего не изменилось. Вот только вместо ушей Чебурашки они теперь носят маску Соника. Травмы и гибель одинаковы.
Эстетика ретро-атмосферы и дальних планов
Конечно, Кирилл Серебренников далеко не первый и не единственный современный режиссер, который снимает фильмы о «русской душе». Но многие его талантливые коллеги часто впадают в крайности. Так вот, Юрий Быков обычно просто бьет в лоб: он сам не раз подчеркивал, что не умеет и не стремится снимать слишком эстетично, он просто следует самой жизни. Да и Алексей Балабанов в своих самых социальных произведениях поступал примерно так же.
Другие, наконец, уходят в метафоры, смешивая актуальные проблемы с хтоническим ужасом. Это был «Левиафан» Звягинцева, на том же поле он пытался сыграть сериал «Болота» по Глуховскому.
«Петровы в гриппе» находят баланс красоты и живости, погружая зрителя в эстетику, близкую Дэвиду Линчу. В ленте Серебренникова даже свет часто исходит от разноцветных ламп, которые так любит американский гений сюрреализма. Хотя режиссер берет бесконечно длинные кадры скорее не с западного коллеги, а из своего театрального опыта.
Здесь камера Владислава Опельянца, настоящего мастера и бессменного оператора Серебренникова, постоянно преследует то одного, то другого героя, следуя за ним по разным локациям. И это примерно так же сложно, как и фильм.
Экранизация, как и роман, получилась очень длинной, местами почти невыносимо медленной. Книга виновата в бесконечных описаниях. Так, если герой подходил к дому, читателю сообщалось и о размере двери, и о стоящей во дворе жаровне, и о машине, засыпанной снегом.
Фильм визуализирует этот подход и на протяжении двух с половиной часов показывает длинные кадры улиц и коридоров под самые разнообразные мелодии: от надрывных песен Федора Чистякова и Егора Летова до классики в переложении для баяна. И в то же время добавляет много мелких деталей. Например, у каждого из второстепенных героев есть элемент цвета запекшейся крови. А некоторые артисты даже перевоплощаются по 5-6 раз за фильм. Из-за этого список актеров в титрах выглядит даже смешно.
Не обходится и без различных надписей, которыми Серебренников так любит иллюстрировать происходящее. Правда, теперь это не скептик с табличками, как это было в «Лете», а просто фразы на стенах и табло. Из обреченного «Что делать?» и «Не доживешь до свадьбы» до грубого «Пора уходить». Хотя самое короткое слово лучше всего отражает атмосферу:
Но все это не превращается в наблюдение за действительностью, как у Быкова. Разнообразие художественных приемов в «Петровах в гриппе» просто поражает. Эротическая сцена в библиотеке перерастает в танец в духе «Экстаз» Гаспара Ноэ. Воспоминания Петрова о елке представлены не только в старом формате картинки 4:3 с фильтром в стиле кассет VHS, но и все действие показано субъективной камерой - буквально глазами ребенка.
Атмосфера прошлого просвечивает во многих кадрах: будь то обшарпанные коридоры типичной базы отдыха, круглосуточный магазин с плохо работающей светящейся вывеской или едва стартующая с перекрестка «газель».
Прошлое Марины ожидаемо раскрывается в черно-белых тонах, как бы иронично по советским фильмам о молодых амбициозных девушках, приехавших из провинции в большой город. Хотя здесь есть гораздо более интересный ход: героиня регулярно видит всех голыми. Они не будут объяснять, что происходит, но это настолько логично вплетено в ее сюжетную линию, что все вопросы отпадают сами собой. Остается только удивляться аккуратности, с которой рамки склеены между собой.
Но талант Серебренникова как режиссера максимально раскрывается в одной сцене с Дорном. Фрагмент продолжительностью более 10 минут снят одним длинным планом без сшивки. За это время герои успевают пройти большой путь, погрузиться в мир произведения искусства и вернуться в суровую реальность. Пожалуй, это не только самый красивый и сложный, но и самый важный момент фильма, определяющий всю его суть.
«Петровы в гриппе» окончательно закрепляют за Кириллом Серебренниковым статус одного из лучших современных режиссеров России. Но фильм также доказывает, что автор не боится экспериментировать. Это сложное и неоднозначное произведение, все объяснения в котором зрителю придется искать самому.
Несмотря на мрачность и нудность подачи «Петрова в гриппе» — это невероятно эстетичное и даже изящное кино, снятое настоящими мастерами своего дела. От картины порой бывает тяжело, но после просмотра хочется вернуться в эту атмосферу, чтобы окончательно уложить в голове все эмоции и события. Травматичный, но очень знакомый и даже семейный.